Нужна помощь?
Преимущества
подписки

Борис Акимов: Есть ли у животных права

Три недели назад я запек ногу кабана. Три дня назад я стрелял в рябчика. Три часа назад я написал этот пост — о том, что такое права животных и с чем их едят

Иллюстрация: National Geophrafic
Иллюстрация: National Geophrafic
+T-

У меня на правом плече синяк. Болит не особенно, но синяк заметный. Это от приклада. Может, я его плохо прижимаю к плечу?

На выходных я был на охоте. Ходил с двустволкой Merkel 16-го калибра по полям и опушкам в поисках рябчиков. Дед мой с этим ружьем за рябчиками ходил еще в 40-х, потом отец в 60–70-х. Теперь я хожу. Правда, они были поудачливее — рябчики мне попадались, но дробь летела мимо цели. Но я-то рад любому результату. Попал, не попал — это не очень для меня важно. Главное — это я и мое ружье в лесу. Ружье — это мой инструментарий для непосредственного взаимодействия с природой. Оно наделяет меня властью, возможно, несправедливой, но властью. Среди березок, кустарника, высокой мокрой травы, в которой прячется мой рябчик, оно превращает меня в местного жителя. Кто сильнее, хитрее, ловчее, тот и прав. Жутко ведь неполиткорректно? Ага. Как и все в природе. Хищники, ураганы, наводнения — все это ведь дикая несправедливость. И я с ружьем Merkel 16-го калибра в лесу тоже несправедливость. Такое очевидное проявление несправедливости дополиткорректной эпохи.

 

Не так давно я разговаривал с правозащитником Сергеем Адамовичем Ковалевым. Он оказался настоящим, даже, я бы сказал, ярым защитником охоты. Человек, который много лет защищает права людей, не просто отказывает в такой защите животным. Он говорит, что «у животных нет прав»: «Право — это категория, имеющая отношение исключительно к человеку. Ведь предполагается равное распределение прав, то есть равноправие. Право — оно для всех одинаковое. У мухи, вши, глиста, зайца и человека не могут быть равные права». И я с Сергеем Адамовичем согласен. Само слово «право» не может иметь отношение к животному миру. В том числе и потому, что у права всегда есть и другая сторона — обязанность. Какие обязанности у животных? Размножаться. Есть друг друга. И всякое прочее, понятное, физиологическое. Не имеющее никакого отношения, как любят говорить чиновники, к «правовому полю».

Так что тут очень серьезная проблема в терминологии. Возвращаясь к чиновничьему языку, «подмена понятий»: у животных нет ни прав, ни обязанностей, но у людей есть права и обязанности по отношению к животным. И вот эти человеческие права и обязанности, конечно, должны регулироваться законом. В рамках своих законных прав по отношению к животному миру я и отправился на охоту. А чуть раньше купил кабанью ногу, с удовольствием ее запек в духовке (на самом деле жена запекла) и с еще большим удовольствием съел (на самом деле не только я — поделился с гостями).

Есть пример в истории человечества, когда «права животных» были признаны одним из приоритетных направлений государственной политики. И пример этот отвратительный. 24 ноября 1933 года в Германии был выпущен свод законов о защите животных. Гитлер тогда так прокомментировал новую политику Рейха: «В новом Рейхе жестокость к животным будет запрещена». В 1934 году появился новый закон, полностью запретивший охоту. Государство пыталось повсеместно облегчить участь животных и защитить «права животных» даже на кухне: в 1937 году был узаконен способ приготовления лобстера, исключающий его кипячение живьем. Пример этот ужасающий именно потому, что нацистский режим попытался наделить животных правами, которыми до этого обладали только люди, а значит, на самом деле превратил людей в животных. Что было потом — всем известно.

Я человек законопослушный. И только в этом смысле и определяю свои права и обязанности. По мне, так можно съесть кабана — съем, можно рябчика — рябчика съем. А запретят охоту, значит голодным останусь. А пока охота — последнее пока еще законное прибежище неполиткорректных консервативных негодяев. То есть и мое тоже. Но есть ощущение — недолго нам осталось. Победит нас политкорректность. И наделенные правами кабаны, рябчики и лобстеры сбегут с моего стола. Учитывая предыдущий абзац, страшное будет время.

Комментировать

Комментарии  46

12
Владимир Жуков

По большому счёту охота , конечно, развлечение. Эмоции от подготовки ( включая выбор, опробирование, подгонку обмундирования,  оружия, боеприпасов, доп. снаряжения и пр.), хорошей компании старых проверенных друзей и одного- двух новичков( эти почти всегда появляются в последний момент), от дикой, непричёсанной природы, от ходьбы, от морозного воздуха, от тишины, от азарта ожидания, звонких хлопков выстрелов, от запаха пороха и крови, от глотка коньяка из фляжки "на кровях", от вкуса только что приготовленной на костре еще теплой печёнки ( жаренной на здоровой чугунной сковороде с нутренным жиром, луком и солеными огурчиками), от запаха готовящейся шурпы (по другому охотничей похлёбки), от водки под всё это дело, от баек,  шумных разговоров, посиделок у костра или в теплом, дымном охотничьем домике, от возвращения домой с добычей! Эмоции, которым трудно найти замену! Брутальные мужские разлечения,что уж тут поделать. Природа берёт своё.

Владимир Генин
Эстетика убийства (изначально я хотел разместить это здесь, но ошибся - теперь придется повторить!)

 Бесконечно далекая тема!

И все же после прочтения этого очень симпатичного и легкого текста черт попутал – решил  найти для себя ответ, почему для меня самого такая позиция неприемлема? Разве не охотно пошел бы я на охоту – да хоть ради антуража, природы вокруг и  разговоров у костра, – пострелял бы в небо и, по выражению Ковалева «перепоручив убийство», с превеликим удовольствием обгладывал бы косточки какого-нибудь перепела? Да наверняка! Вот ведь подлый лицемер... Поэтому и не пытаюсь никого ни к чему «призывать». Да и морализаторства хотелось бы избежать, только вот получится ли? Ох, боюсь, занесет...

Ведь совершенно ясно, что жизнерадостный Борис ловко пустил обсуждение по тупиковому пути, поскольку с «правами животных» эта проблема ничего общего не имеет. Но раз Борис поднял эту тему и ожидает ответных выстрелов – так что ж, их есть у меня!  Человеку дан только он сам – с собой и разбираться. Но начинать надо совсем не с этики.

Может ли мертвое быть прекраснее живого? Умирает человек – его лицо становится на несколько мгновений прекраснее – ненадолго, да и речь здесь о существе духовном (в этом и суть такого преображения), к тому же умершем своей смертью. Убийство животного плохо вовсе не тем, что нарушает его право на жизнь (их права действительно только «внутри нас»)  –  оно просто разрушает красоту. Не противоположно ли в этом смысле деяние охотника деянию художника, который дарует мертвым объектам вторую жизнь, хотя бы в тех же натюрмортах? В вопросе о приемлемости убийства того или иного живого существа люди руководствуются чаще всего простым эстетическим чувством: страшно разрушить красоту. Убить летящего вдалеке перепела кажется легче, чем убить оленя, особенно если ты ему уже заглянул в глаза. Тут уж надо быть или невосприимчивым к красоте, или получать удовольствие от ее распада. Впрочем, современные «творцы» в основном этим и занимаются, но не о них речь.

Охота – одна из многих мужских игр. Каждый из нас избывает свои инстинкты и комплексы как хочет и как может. Кому не дает покой инстинкт самца-производителя, сеющего где ни попадя разумное, доброе и вечное, кому – самца-терминатора, кому – и того и другого, и еще третьего. Быть распорядителем чужих жизней значит не только подтверждать свою силу и ловкость – она ведь пьянит, эта власть, не так ли? Мало того, отнятые жизни (согласно очень древнему и глубоко укорененному в человеке мироощущению) переходят к герою, уравнивает его с самим Провидением и как бы гарантируют его бессмертие. Разве будет такой уж гиперболой сравнение удовольствия от охоты, связанного с ней азарта и ощущение безграничной власти с сексуальными переживаниями вообще? а в контексте уничтожения красоты и жизни – с ощущениями какого-нибудь растлителя малолетних, в полной власти которого находится какое-то прекрасное существо, жизнь которого он может безнаказанно (примем такой вариант в качестве гипотезы) уничтожить? (Эк куда хватил!) Заранее прошу прощения, ибо и в мыслях не имею оскорбить доблестных охотников – хочу просто додумать мысль до конца (хотя это несколько рискованно, ибо чувствую, то кое-кто уже нервно положил палец на курок! Несомненно, я перегибаю палку – но зачастую только доведением до абсурда можно по-настоящему очертить проблему.) Так вот – стоит ли покупать мгновения удовольствий (любых) ценой чужой жизни (любой)? Возражение о «перепоручении убийства этих “котлет“» всеми нами, многочисленными противниками охоты и  в то же время чревоугодниками, как-то не убеждает – ведь давно же сказано: зло неизбежно (как и котлеты), но горе тому, через кого оно приходит в мир... 

А замечание  из видеодискуссии «стреляю, как по мишени в тире» вообще симптоматично, ибо превращает жизнь в разновидность компьютерной игры, без разбора где живое и реальное, а где имитированное – только вот, если что, клавишу Backspace трудновато будет нащупать...

Владимир Генин

Так как на странице дискуссии "Охота — спорт или убийство", куда я ненароком попал, мне уже кое-кто ответил, я бы хотел пару замечаний добавить, но надеюсь, что дискуссия продолжится здесь и что сюда перейдут те, кто не боятся попасть под меткое словцо залегшего в окопе хозяина блога  (надеюсь, радушный Борис не против!).

Так вот: животные, конечно, не люди, и их "очеловечивание" скорее всего лишь сантименты стареющего человечества, не более. Но давайте признаем, что человек вообще не склонен делать больших различий между своим отношением к животным и своим отношением к людям! Зато он склонен к неосознанному солипсизму, ибо единственная реальность, с которой каждый из нас имеет дело - внутренняя. Стало быть, одинаково "чужим" для человека может быть любое существо, начиная от кролика и кончая собственной женой.

Недавно меня потрясло телеинтервью с одним африканцем из Руанды, работающим в поле вместе со своими соплеменниками - он спокойно рассказывал, как он сотоварищи перерезал сотни беззащитных людей, и невероятно мудро говорил о том, что с ними всеми произошло и почему.  Само собой, это была для них просто большая охота, очень большая и очень захватывающая.

На другой же стороне весов только способность человека к эмпатии, без которой, кстати,  и искусство не могло бы существовать.

Владимир Генин
http://www.snob.ru/selected/entry/12028#comment:56070
Юрий Петров

Владимир, вы совершенно правы. Убийство животного это разрушение красоты, гармонии, того, чего нам самим создать не дано. Не можешь починить - не ломай. Но это, конечно, только одна сторона. Посмотрев в глаза оленю мы на мгновение становимся оленем - так устроен человеческий мозг, мы узнаём в его взгляде что-то, что нас объединяет. Душу оленя видим, наверное. Поэтому чем ближе животное к человеку тем больше приходится преодолевать для убийства. Потому что убийство не только красоты тела, но и тайны души.

.

А эти разговоры охотников про мясо из магазина, про отдых и познание природы, про то что животных надо убивать чтобы не расплодились - это просто попытки обмануть себя, обмануть то, через что им всем пришлось переступить совершив первое, второе, третье убийство. Это попытки оправдать то, что оправдать нельзя - удовольствие подразумевающее убийство другого живого существа. Даже если это необходимое зло оно всё равно зло. Можешь воздержаться - воздержись. Такое простое совсем правило.

.

Я тоже очень любю природу. Тоже люблю жить в лесу, готовить еду на костре. Тоже люблю животных, птиц, рыб. Смотреть на них, узнавать их ближе. Но убивать, причинять страдания это всё никак не влечёт за собой. Ребята, не нужно для этого убивать, поверьте!

Теги: еда, Охота, Борис Акимов
Реклама

Вы находитесь на сайте в режиме гостевого доступа с ограниченным функционалом.

Как
получить полный
доступ?

Если Вы подписчик журнала или член клуба, пожалуйста, авторизуйтесь в левом верхнем углу экрана

Самое