16.09.13

8384просмотра

Депутат Александр Агеев: Когда мы злимся на Обаму, он у всех ассоциируется с бананом

Барак Обама и его жена с аппетитом глядят на банан — этот коллаж выложила в твиттер Ирина Роднина, трехкратная олимпийская чемпионка и депутат Госдумы. Изображение вызвало гнев пользователей интернета, и вскоре Роднина удалила твит, обвинив во всем Навального — якобы недоброжелатели действовали по его наущению. Продюсер Иосиф Пригожин, депутат Роберт Шлегель, глава московского департамента культуры Сергей Капков и другие рассказали «Снобу», что можно, а что нельзя позволить себе в интернете

Иллюстрация: Bridgeman/Fotodom
Иллюстрация: Bridgeman/Fotodom
+T -
Поделиться:

Антон Носик, блогер:

Если бы Госдума формировалась по одномандатным округам, то все эти гимнастки, девочки на шаре, все эти фигуристки не сидели бы в Думе просто потому, что они якобы популярны в народе. Пришлось бы бороться за симпатии избирателя в личном качестве, не позволяя себе подобных глупостей. Депутат должен оглядываться на кого-то кроме своего начальства, которое его вписало в списки.

Важно понимать, что в качестве американского конгрессмена или сенатора Роднина могла бы написать про Обаму что угодно. Но она бы этого никогда не сделала, будь она американским чиновником. Помимо формальных санкций от комитета по этике ей бы грозил более серьезный суд — суд избирателей. Наверное, поэтому Ирина Роднина и убрала опубликованный коллаж из своего твиттера. Как она сама рассказывает, ей эту картинку прислали из Америки, где сейчас находятся ее сын и дочь. И кто-то из ее детей прислал картинку: «вот, мам, посмотри». Они тихо с глазу на глаз посмеялись над веселой шуткой. А когда она это выложила публично, надо полагать, что у американской части ее семьи волосы встали дыбом.

Александр Агеев, депутат Госдумы:

Когда мы злимся на Барака Обаму, он у всех ассоциируется с бананом. Если бы Роднина изобразила его мохнатого и с хвостом, вот это был бы уже перебор. В данном случае нельзя говорить о серьезном злоупотреблении. Аллегория — тонкая вещь. Наверное, мы никогда не сможем однозначно доказать злой умысел.

Кодекс этики поведения чиновников, идею которого я предложил, как раз и призван сдерживать подобные неоднозначные ситуации, обозначить рамки допустимого, сохранить уважение друг к другу и восстановить позитивный образ чиновника, с которого можно было бы брать пример. Но надо понимать, что всех ситуаций предусмотреть невозможно. На данный момент мы ограничились поправками в действующий закон о государственной службе и набираем фактуру для составления Кодекса.

Геннадий Хазанов, руководитель Театра эстрады:

Мне жалко великих спортсменов, которые прибегают к такого рода способам напомнить о себе. Если ты занимаешься политикой, эмоции должны уходить на другой план. Учитесь у Лаврова.

 

Иосиф Пригожин, продюсер:

У каждого Абрама своя программа. Каждый как почувствовал, так и сделал. Когда публичные люди публикуют какие-то неоднозначные фотографии, шумиха получается огромнейшая, зато читатели порой говорят: «Смотрите-ка, а ведь они, звезды, тоже люди, тоже в туалет ходят, у них тоже есть чувство юмора!» Обама и банан — это же забавная картинка. Если бы ее выложила не Роднина, а кто-то другой, может быть, и нормально было бы. Там ничего обидного-то нет. С другой стороны, такая картинка, но не от Родниной, не была бы такой смешной.

Конечно, свобода и вседозволенность — разные вещи. Этика должна присутствовать в поведении публичных людей, особенно если дело касается главы того или иного государства. Надо быть максимально аккуратным, тем более если ты депутат. Но критиковать великую спортсменку мне не с руки. Фамилия Ирины Родниной для меня символ великих спортивных достижений. Мы просто должны быть аккуратны с подобными вещами, она же не сама это нарисовала и сфотографировала.

Роберт Шлегель, депутат Госдумы:

В обществе своих друзей я могу себе позволить некоторые высказывания, а публично — не могу. Так же и с личной перепиской. Еще я не употребляю нецензурную лексику в твиттере, потому что это публичное пространство — все равно что прийти на радио и поматериться в эфире. Я не разделяю офлайн и онлайн. Каждый сам определяет границы своего поведения, и это не должно зависеть от того, где это происходит: в сети или вне сети.

У нас, к сожалению, публичная полемика и политическая культура очень часто строятся вокруг хамства и грубости. Можно быть совершенно разных политических взглядов, но при этом нельзя позволять себе выходить за рамки нормального разговора. Полемика должна строиться прежде всего на основе содержательных аргументов, а не на личных оскорблениях. У нас очень часто эта грань пересекается, и я предпочитаю с подобным контингентом не общаться. Очень часто бывают оскорбления и угрозы — таких я сразу отправляю в бан.

В обычной жизни человек ведет себя более спокойно, потому что понимает: граница между его словом и действием его собеседника может быть преодолена за долю секунды. В интернете он чувствует себя в относительной безопасности и позволяет себе много лишнего. Однако я полагаю, что в ближайшее время эта граница сотрется. Человек, который позволяет себе лишние высказывания, в том числе угрозы и оскорбления в интернете, будет нести за это ответственность. Я не готовлю такого законопроекта, но общество само к этому придет.

Сергей Капков, глава департамента культуры Москвы:

Я думаю, что социальные сети — зеркало поведения человека. Тут каждый сам определяет, что он может себе позволить, а что не может. Есть много вещей, которые для кого-то неприемлемы, а кто-то считает, что это позволительно. И не важно, политик это или обычный человек, обыватель. Тут все как в жизни, — социальные сети вообще мало чем от общественной жизни отличаются. Интернет всегда был чрезвычайно агрессивной средой. Его лучше вообще не читать.

поддержать
ПОДДЕРЖАЛИ:

Читайте также

 

Новости наших партнеров