Трудно найти любовника

Ни с кем ни о чем невозможно договориться по-взрослому

 

— Пообедаем и познакомимся, — пишу я Ленечке sms.

— Близко-близко? — спрашивает Ленечка, без смайлов.

— Пообедаем и познакомимся, — набираю я, раздражаясь. Но тут вспоминаю, что Ленечка — мужчина-мечта. — В глазки друг другу посмотрим, а там решим, — дописываю уверенно.

Он красив, смел, сорокалетен, и в его светлой квартире на Кутузовском некому жить. Ленечке удобней дом в поселке, и ему необходима любовница. И то и другое — подходит мне. Но даже самая красивая женщина Парижа, утверждал Бальзак, может отдать только то, что у нее есть. Ленечка — не самая красивая женщина Парижа, но принцип тот же. У него нет времени на флирт, душевной мощности на роман и желания ухаживать. У него есть: 300 метров пустующей жилплощади с дизайнерским интерьером и потребность знать, что тебе есть с кем заниматься сексом по пятницам.

Мне тоже нужен любовник. Условие проживания на его жилплощади, в частности, меня мало волнует, но в целом — не проблема. Не цветы же там поливать. Хочешь — живи у него, хочешь — у себя.

— Как все сложно, — пишет Ленечка. — Просто ты будешь жить у меня, а я тебя — периодически трахать.

Я морщу нос. Я растопыриваю напедикюренные пальцы на ногах. Трахаться не хочется. Хочется заниматься любовью. Мне же любовник нужен, а не трахарь. Это всего лишь конфликт терминологии. Предложение сходить в ресторан гораздо чаще, говорят, заканчивается сексом, чем предложение заняться сексом. Конфликт восприятия, конфликт несоответствия ожиданиям. Почему нет?

Почему так не хочется называть вещи своими именами? Все будет именно так. Он будет меня трахать, я буду жить на Кутузовском, 300 метров. Меня бы устроило иначе: я живу у себя, на своих честно арендованных шестидесяти, а мы с ним занимаемся любовью. Почему такая большая разница? И какая может быть там у нас любовь? Никакой любви. Ленечка прям, честен, читай — нетактичен. Он не хочет притворяться, что занимается любовью.

Я морщу нос. Этот мужчина (красив, смел, сорокалетен) почти устраивает меня, но меня не устраивает тон. Я пишу: «Да пошел ты» — стираю. Пишу: «Да, но ведь сначала...» — стираю.

Пишу: «А как тогда, Лень? КАК — без заглядываний в глаза? Встречаемся в центре кровати ночью голые, что ли? В какой позе? Сразу — с раздвинутыми ногами?»

Ни с кем ни о чем невозможно договориться по-взрослому. «НИ С КЕМ НИ О ЧЕМ НЕВОЗМОЖНО ДОГОВОРИТЬСЯ ПО-ВЗРОСЛОМУ» — приходит ответ в sms от Ленечки.

А секс так много значит в жизни человека. Очень хочется, чтобы были человеческие отношения и хороший любовник. И никак — без заглядываний в глаза. Не сэкономить на этом время, при всей практичности и уважении к Ленечкиной занятости. Мне ведь нужен не член (он продается в магазине), мне нужен человек.

Где его взять? Оглянешься по сторонам, там из интересного — одни запрещенные кандидаты: шеф, коллеги, мужья подруг или того хуже — сестер двоюродных. Друзья бывшего мужа — нехорошо. Собственные друзья или женаты уже (пока эти жены не ходят к тебе с яблочными пирогами по воскресеньям — ничего, а так — уже опять нехорошо), или совсем родные. Совсем родные — это как родственники, считай. Никак, никак, негде взяться любовнику. Неоткуда.

Звонит телефон (у Ленечки нет времени на долгую переписку).

— Але.

— Какую кухню ты предпочитаешь?

— (Мне нравится голос, мне не нравится тон.) Итальянскую.

— Куда за тобой заехать?

— Никуда. Я сама приеду. К трем успеешь?

— Да.

Посмотрим, Ленечка, что ты за человек такой. Трахать он меня собрался. Сообщил, главное. Честный какой. Ну посмотрим.