Удивительно, насколько быстро этот район набережной, расположенный «в 10 минутах езды от Кремля», но еще полтора месяца назад отстававший от жизни в центре на десятилетие-другое, освоился в новом амплуа фронтира современной культуры. Во всяком случае, Данила Поляков, которого я встретила у входа в здание, совершенно не контрастировал с пейзажем — учитывая скейтеров и скутеристов на заднем плане.

Представители культурного общества Москвы оккупировали четвертый этаж BAIBAKOV art projects, где, собственно, и была устроена новая выставка: экспонаты были разложены на семи разноцветных столиках работы промдизайнера Константина Грчича, стоящих на ковре Missoni. Перемещаясь от столика к столику, Мария Байбакова проводила небольшую экскурсию для Алены Долецкой. Михаил Каменский изучал экспонаты самостоятельно. Я же, не обладая эрудицией Михаила, попросила немного рассказать о выставке ее куратора и главного редактора журнала «032c» Йорга Коха.

По его словам, все началось с того, что Мария Байбакова пригласила журнал сделать в BAIBAKOV art projects что-то вроде презентации. Определенный опыт в этом деле у «032c» имелся — во-первых, у журнала есть собственное арт-пространство в Берлине (Workshop 032c), где проходят выставки, а кроме того, Йорга часто зовут делать презентации журнала в разных странах. «В Москве мы впервые, но концепция подобных мероприятий неизменна: мы показываем что-то из журнала, что-то — с наших берлинских выставок и что-то, интересующее нас в текущий момент. Получается такой набор моментальных снимков», — говорит Кох.

Одна из идей 032c WORKSHOP REPORT#1 заключается в том, что границы между прошлым, настоящим и будущим стерты. Все происходит одновременно, и поэтому пальто современного дизайнера Рика Оуэнса из последней коллекции соседствует с оригинальными рисунками советского архитектора Якова Чернихова, сделанными в 20-х годах. «И никакой ностальгии», — замечает Кох.

Другой советский архитектор, Георгий Крутиков, и его проект «Летающие города» вдохновили Карстена Хеллера на серию тарелок для старинной мануфактуры в Нимфенбурге. Рисунок Крутикова «Трудовые коммуны» очень современно — и очень нежно — смотрится на фарфоре. Частично эта работа перекликается и с фотодиптихом Гоши Рубчинского: на одной фотографии изображен блочный дом в виде креста, из-за отсутствия фона кажущийся летящим, на второй — коллаж из традиционного русского пейзажа с белой церковью и калифорнийского скейт-парка. «Две этих картины зеркально отражают друг друга», — поясняет Кох.

Среди авторов остальных работ — Сиприен Гайяр и арт-группа Slavs and Tatars. Последняя специально для этой выставки сделала постер на основе обложки сингла американской рок-группы Huey Lewis and the News «Hip to be square».

Фото предоставлено BAIBAKOV ART PROJECTS

«Эта работа заново осмысливает историю Польши, Германии, России и вообще всего мира в 80-х годах, — говорит Мария Байбакова. — Альбом вышел во время перестройки, в 1986 году, а спустя три года упала Берлинская стена, в результате чего расстановка сил в мире кардинальным образом изменилась. Есть в этой работе и еще один интересный нюанс».

Тема Польши поднимается и в другой работе Slavs and Tatars, экспонируемой на этой выставке. Выглядит она как разноцветная люстра, но Паям Шарифи, один из участников Slavs and Tatars и штатный редактор «032c», живущий в Москве, называет ее пауком — вернее, «паяком», если переходить на польский. В фольклорной традиции такого паука вешают в домах во время урожая. «Это только макет, — объясняет Паям. — К биеннале в Шардже мы сделаем новую версию, где польские мотивы будут совмещены с иранскими и исламскими».

«При чем тут ислам?» — недоумеваю я, и Паям ведет меня к подоконнику, где лежат последние номера журнала «032c». В двух из них опубликованы большие материалы, посвященные революции в Тегеране 1979 года и падению коммунизма в 1989 году соответственно. «Американские и европейские политики считают, что в истории XX века есть две важнейшие даты: 1917 и 1979 гг. С последним связано возрождение ислама, о котором так много говорится сейчас, а в 1989 году пришел конец коммунизму, начавшемуся в 1917-м. И Польша, страна умеренная, чего нельзя никак сказать про Россию, может объединить две эти истории. Ведь в 1989 году многие обвиняли Леха Валенсу в том, что он пошел на переговоры с коммунистами. А мы пытаемся показать, что умеренность Польши — достаточно революционная идея. Может, это не очень круто, не очень sexy, не очень авангардно. Но умение пойти на компромисс, которое Западом рассматривается как пораженчество, в восточном понимании, наоборот, преимущество. И паяк исследует влияние иранской революции и польской «Солидарности» на сегодняшний политический ландшафт», — говорит он.

Польская умеренность, калифорнийский скейтпарк и этикетки пива, наклеенные Сиприеном Гайяром на открытки из мест, где это пиво произведено, плохо укладываются в моей голове. «Очевидно, это очень странный микс, — соглашается со мною Кох. — Но это особенность нашего журнала — сводить вместе совершенно разные дисциплины и смотреть, как они взаимодействуют».

В Москве у «032c» много читателей. «Я вижу, как ваша молодежь приезжает в Берлин и набивает чемоданы нашими журналами для своих друзей в России, — рассказывает Кох. — И эта выставка — что-то вроде романтического жеста в их сторону».

Мария Байбакова считает, что миссия «032c» созвучна с миссией BAIBAKOV art projects:

«Эта выставка совмещает в себе индустриальный дизайн, моду, современное искусство и демонстрирует нам, что творчество шире рамок современного искусства. Я считаю, что BAIBAKOV art projects работает с современной культурой, которая не должна быть приурочена к какому-то определенному формату, скажем, к холсту и маслу. И 032c WORKSHOP REPORT#1 помогает рассказать, о чем мы думаем и в каком направлении движемся».

Следующие «Репорты» журнала пройдут в Милане и в Гонконге.