1.      Про ВААП и РАО

В Советском Союзе была такая организация ВААП (Всесоюзное агентство по защите авторских прав). Эта организация следила за всеми фактами использования в стране и за рубежом произведений советских авторов. Например, за судьбой вышедшей за границей во многих десятках переводов и переизданий книги моего отца «Швейцер» (Москва, «Молодая гвардия», серия ЖЗЛ).  ВААП следило, чтобы 95% денег за все эти издания поступали в карман советской власти и не доставались моему отцу, которому она, советская власть, запрещала выезд за рубеж. Также ВААП бдительно следило за всеми потенциальными зарубежными доходами моего отчима Ильи Кабакова. Ему тоже запрещалось выезжать из СССР и получать деньги за любые зарубежные использования его произведений. Стас Намин рассказывал мне, что ВААП присвоило все деньги, причитавшиеся ему как автору и собранные от его имени за исполнение на всех площадках СССР песни «Мы желаем счастья вам».

Теперь ВААПа больше нет. Вместо него есть РАО. Оно собирает от имени авторов (Deep Purple, «Машина времени») деньги с организаторов концертов и с площадок, чтобы 15% оставить себе, а остальное распределить по авторам. В частности, согласно данным официального отчета за 2008 год, собрано отчислений на 2 миллиарда, распределено 600 миллионов. В том числе в налоговую и дочерним компаниям самого РАО. Оставшиеся нераспределенными 1,4 миллиарда через три года перейдут в полную собственность РАО и будут недоступны к взысканию как авторами, так и их наследниками.

2.      Про телеканал «Россия»

К моему папе в Париж много лет ездили разные съемочные группы от канала «Культура». Предложение у них к папе было простое: чтобы он написал сценарий прогулок по Парижу по мотивам своих книг. Сам бы проложил маршрут. Сам бы снялся в качестве ведущего. Папа все это делал, много лет. Сериалы снимались, выходили в эфир, папа значился в титрах. За каждую серию папе в конверте передавали 300 долларов США. Остальные деньги брали себе другие люди. Никаким договором эти отношения папы с «Культурой» оформлены не были.

Несколько лет назад телеканал «Россия» запустил вещание по всему миру. Чтобы зря не платить буржуям за права, он стал транслировать дармовой контент из багажа «Культуры». В частности, 65 серий, придуманных, написанных и отснятых моим папой, с ним в кадре. Никакого договора с моим папой по этому поводу у «России» нет.

Покойный Вайнер-младший из Нью-Йорка, знакомый с проблематикой, звонил моему отцу и говорил: судись, я дам адвоката. Папа звонил мне и спрашивал, нет ли у меня выходов на «Россию». Я покопался в голове, посмотрел поминальник телеканала и вспомнил, что с Антоном Андреевичем Златопольским знаком с 18 лет через общего друга, моего сокурсника доктора Макса Иткина. Мы вместе пили водку и портили девок в голодной студенческой юности.

Я позвонил в секретариат Златопольского и назвался девочкам. Он перезвонил мне через 15 минут. Я рассказал ему суть проблемы. «Извини, старик, — сказал мне друг детства Златопольский. — Тут все чисто, легально и по закону. Мы используем произведения твоего отца на основании прав, переданных нам нашей дочкой "Культурой". И ни копейки никогда ему не заплатим, не рыпайся. И он пусть не рыпается, так ему передай».

3.      Про частный сектор

«Культура» — не единственный телеканал, интересовавшийся творчеством моего отца. Был еще один частный канал, принадлежавший не скажу какой даме. Дама приехала в Париж, встретилась с моим отцом и выразила серьезную заинтересованность в сотрудничестве с ним. Попросила написать пару сценариев на пробу. Папа написал, распечатал на принтере, отнес в Париже на почту и отфаксировал даме в московский офис. С тех пор от нее не было ни ответа ни привета. Зато буквально в следующем году на ее телеканале по сценарию моего папы вышел сериал «Прогулки по Парижу», где в качестве ведущего и автора текста выступал известный, весьма мною уважаемый кинорежиссер. О моем папе в титрах не было ни слова. Про сценарии, которые папа факсом присылал даме, она через общих знакомых просила передать, что не получила их и больше не ждет, планы поменялись, звонить не надо, вопрос закрыт.

4.      А теперь музыкальная пауза

Некий музыкальный коллектив захотел достойно представить Россию в финале «Евровидения» в Осло-2010. Это, оказывается, несложно. Для этого всего лишь нужно зайти на сайт телеканала «Россия» и заполнить там договор. По условиям договора музыканты передают в полную и эксклюзивную собственность телеканала все права на все свои произведения, созданные до этой минуты и которые будут написаны впредь, сроком на три года. Коллективу запрещается самостоятельно исполнять и записывать эти произведения без ведома, письменного согласия и прямого указания телеканала. Все песни коллектива, которые мы сейчас у себя слушаем, скачав с его сайта, купив на дисках или записав на концертах, станут пиратским контрафактом, а мы, их слушатели, — пиратами, нарушающими права телеканала «Россия», Антона Андреевича Златопольского, Олега Борисовича Добродеева и государства Российского. Мы будем подлежать уголовной ответственности за пиратство по ст. 146 УК РФ «Нарушение авторских прав» в действующей редакции, как предусмотрено IV частью Гражданского кодекса. Куратором работ по созданию этой части ГК выступил в свое время один наш известный греко-римский юрист. Он же сегодня в новой должности следит, чтобы никакие изменения в IV часть ГК не вносились, на это в РФ сегодня такой же мораторий, как на смертную казнь.

5.      Кто виноват

Я бы с удовольствием ответил тут на вопрос «Что делать?». Но у меня нет на него ответа, как и на другой проклятый русский вопрос «Какой счет?». Зато у меня есть ответ на третий из вопросов триады «Кто виноват?».

Виноват во всем лично я, Антон Носик.

Это я не стал бороться.

Это я не нанял адвоката, а тупо передал папе совет Антона Златопольского не рыпаться.

Правда, я не мог нанять никакого адвоката: у меня, как и у канала «Россия», нет на папины произведения никаких прав, я не являюсь его законным представителем. Папа сам себе представитель, и он не хочет рыпаться.

Но виноват, конечно же, я.

И ответственности я с себя не снимаю.

Прости, папа.

Простите меня, дорогие читатели.

И вы простите, дорогие правообладатели: Антон Андреевич, Олег Борисович, Ирена Стефановна, Дмитрий Анатольевич.

Я страшно нарушил сейчас ваши авторские права, рассказав тут эту историю.

Просто мне надоело молчать.

Простите меня еще раз.

За все.

Но пока мне рот не забили глиной, из него раздаваться будет лишь благодарность.