Фундаментальная физика – наука консервативная. Гаррет Лиси любил физику, но работать предпочитал не на кафедре в университете, а вдали от научного сообщества – на серф-пляжах острова Мауи или горнолыжных склонах Колорадо. Он был уверен, что Вселенная это простая и изящная вещь, которую можно описать одной общей теорией. И он ее придумал.

Теперь одни называют его Эйнштейном XXI века, открывшим новое пространство для исследований, другие убеждены, что его теория – просто нагромождение недоразумений.

Лиси, похоже, полагал, что сумел найти то, что физики называют теорией всего, – единое математическое описание всех взаимодействий, существующих во вселенной. Теория всего, или единая теория, остается Святым Граалем физики последние сто лет. Даже частичных вкладов в ее разработку достаточно для Нобелевской премии. И вот некто совсем неизвестный утверждал, что, возможно, подобрал ключ к теории целиком.

Война в Ираке закончилась раньше, чем кто-либо мог вообразить. Одним из первых об этом узнал мальчик, который зашел в небольшое бруклинское кафе вместе с младшим братом и отцом. У братьев за спиной были рюкзаки – они возвращались из школы домой. А заполнявшие кафе вольные творцы тем временем, раскрыв лэптопы, едва только приводила себя в чувство с помощью крепкого кофе.

IRAQ WAR ENDS – сообщал заголовок на первой полосе NY Times. По внешнему виду номер почти ничем не отличался от настоящего, если не считать того, что он был датирован будущим годом. Июль 2, 2009 – значилось на обложке. А в левом верхнем углу первой полосы вместо классического, всем известного девиза NY Times All News That Fit To Print стояло All News We Hope To Print.

Фальшивый номер New York Times получили 12 ноября 2008 года жители Нью-Йорка, Вашингтона, Лос-Анджелеса и Сан-Франциско. Его появление произвело ошеломительный эффект. Влиятельные информационные агентства Associated Press и Reuters сообщили, что фальшивый номер был напечатан гигантским тиражом, превышавшим миллион экземпляров, а в его создании участвовали три реальных сотрудника Times. О поддельном выпуске рассказывали медиа по всему миру – от Финляндии до Китая.

За Олимпийскими играми в Пекине следили 4,4 миллиарда человек, но фотограф Винсент Лафорет – возможно, единственный, кто выбрал самое неожиданное место для наблюдений.

Недостаток такой точки зрения – по этим фотографиям с полуфинала по прыжкам в воду сложно судить о мастерстве спортсменов.

В современном искусстве Art Basel уже стал словом нарицательным, как «ксерокс». Михаил Идов провел два дня на выставке в Майами в компании галеристов, коллекционеров, художников и критиков с обеих сторон Атлантики, внимательно изучил «Русские грезы» и узнал почему «вышло лучше, чем боялись, но хуже, чем надеялись».

Я решил застрелить Андре Балаша в лицо, по возможности. Жених Умы Турман и владелец сети пятизвездных отелей стоял в метре от меня, с самодовольной ухмылкой долбя соломинкой мяту в бокале мохито. Самодовольство, судя по всему, являлось естественным состоянием Балаша. На его месте я тоже был бы крайне собой доволен. Но на его месте был он, а не я, и потому ухмылку с этого лица надлежало стереть. Я вежливо кивнул Балашу и встал в очередь за орудием убийства, благо в десяти шагах от нас краснолицый человек в форме бесплатно раздавал автоматы.

Бекмамбетов не из тех, кого легко понять и классифицировать. Когда журналисты спрашивают его о любимом режиссере, в ответ почти каждый раз звучат разные имена. Часто открещивается от своих режиссерских находок и достижений… Похоже, ему знаком исконный страх кочевника перед слишком долгой стоянкой на одном месте. И, как следствие, перед слишком долгим пребыванием в одной и той же роли.

Лос-анджелесский офис самого кассового российского режиссера Тимура Бекмамбетова расположен в современном одноэтажном здании на холмах Studio City. Пожалуй, все выглядит на удивление обычно. Команду Бекмамбетова я скорее готова была обнаружить в интерьерах атомной станции или морозильной камеры, где с потолка свисают на крюках цельные туши.

Бекмамбетов не производит впечатления человека, одержимого амбициями. Внешне он напоминает некрупного, но очень основательного медведя со склонностью к философским раздумьям.

Этот бал устраивают в Лондоне. Многие с нетерпением ждут его целый год. Кто-то приходит на него с женой, кто-то с любовницей, а кто-то с обеими. Линор Горалик полетела в Великобританию, чтобы сходить на ежегодную выставку Erotica 08 и завершающий ее гала-бал.

На входе в «Олимпию» очень полная молодая дама в корсете подтягивает кружевной чулок, чтобы во всем блеске вплыть в храм плотской свободы. Смешливый широкоплечий мальчик в черной карнавальной маске уверенно ведет к входу свою инвалидную коляску во главе стайки из трех или четырех друзей, таких же смешливых, широкоплечих и двухколесных. Ежегодная выставка Erotica 08 – сто пятьдесят экспонентов, около десяти тысяч наименований товаров, «эротические шоу» каждые два часа – только открылась.