Андрей Бартенев простился с летом

В нью-йоркском доме классика абстрактного экспрессионизма Виллема де Кунинга (Willem de Kooning) выставлена новая работа Андрея Бартенева Sun Pool («Солнечный бассейн»). Мы встретились с художником в парке High Line, разбитом на месте заброшенной грузовой узкоколейки. Бартенев начал с разъяснения ключевого для понимания его «Бассейна» понятия «солнечный сок»:

Что связывает столь разных художников, как Бартенев и де Кунинг, классика абстрактного экспрессионизма и мастера инсталляции? Дочь де Кунинга Лиса разглядела в творчестве Андрея Бартенева особую «внутреннюю свободу» и пригласила его пожить в доме, где работал ее отец, а затем и устроить здесь инсталляцию. Вот как он сам рассказал об этом:

Дом де Кунинга расположен в Ист-Хемптоне на Лонг-Айленде, в трех часах езды от Нью-Йорка. Эти места связаны с самым важным для американского искусства периодом — абстрактным экспрессионизмом. Здесь работал знаменитый Джексон Поллок. Неподалеку расположен и центр Роберта Уилсона, крупнейшей фигуры современного театрального авангарда. В течение многих лет Андрей Бартенев создавал перформансы для благотворительных вечеров центра, так его и заметила Лиса де Кунинг.

Бартенев стал первым художником, кому было позволено выставиться в доме де Кунинга, который обычно закрыт для публики. Построенный по авторской планировке дом напоминает корабль, он символизирует путешествие живописца из родной Голландии в Америку зайцем в машинном отделении британского сухогруза. Лиса де Кунинг предполагала, что Андрей Бартенев сможет зарядиться особой энергетикой дома и сделать инсталляцию, посвященную окончанию лета.

Презентация работы состоялась на вечере, который открыл концерт Last Song of Summer («Последняя песня лета») Руфуса Уайнрайта и Норы Джонс. Концерт прошел в Watermill Center, и после него исполнители вместе со слушателями отправились к де Кунингам знакомиться с бартеневским Sun Pool.

Бартенев тоже называет свой Sun Pool прощанием с летом.

Парк High Line, по которому мы прогуливались, сначала напомнил Бартеневу «Сталкер» Тарковского, а потом ему представилось, как играют на заброшенных путях дети.

High Line действительно оставляет какое-то детское ощущение. В небе совершенно по-летнему светило сентябрьское солнце, словно на прощание.